Тедди Атлас раскрыл подробности работы с Поветкиным

Легендарный тренер - о российской провинции и о том, как сделал Витязя чемпионом.

То, что рассказал Тедди Атлас, один из величайших боксерских тренеров современности, на собственном подкасте в YouTube - настоящая находка для поклонников бокса. Темой целого двухчасового выпуска стала работа специалиста с Александром Поветкиным, продлившаяся с 2008 по 2011 годы. Вместе они выиграли мировой титул по версии WBA, да и вообще много через что прошли.

«В США не могли понять, зачем я согласился тренировать этого русского»

- Расскажите о работе с великим Александром Поветкиным, бывшим чемпионом мира в тяжелом весе.

- Я бы не назвал его великим, это звучит немного... Это не то, что он мне не нравится, просто я бы не преувеличивал. Мне не кажется, что было так уж много великих бойцов. Шугар Рэй Леонард был великим, Пернелл Уиттакер - великий, Роберто Дюран - великий. Есть и в наше время такие - Флойд Мейвезер. Я говорю в наше время, потому что мы не знаем, что Флойд придумает, может, он решит вернуться. Но великих не так уж много, если быть либо честным, либо просто разбираться в боксе.

- Это правда. Я просто имел в виду, что он был чемпионом мира. А ты считаешься королем, когда находишься наверху.

- Слушай, я его и не критикую. Я тренировал его, мы вместе завоевали мировой титул. Это был пояс, кажется, WBA. Мы выиграли титульный бой у Руслана Чагаева (27 августа 2011 года. - Прим. «СЭ»). Так что я не критикую его, он и человек достаточно хороший. Правда, он не обладает умом выпускника Гарварда, если честно. В конце он меня разочаровал. Но мы все в конце концов разочаровываемся, если живем достаточно долго. И все равно я скажу, что он - неплохой человек. Просто есть всего пара боксеров, кого реально можно назвать великими, без преувеличения. Но он многого достиг, был достаточно хорош, чтобы стать чемпионом мира и завоевать золотую медаль Олимпийских игр.

- Да. И я подумал, что было бы интересно остановиться на нем поподробнее, потому что он сам по-английски не говорит, либо он говорил только с вами, а с журналистами...

- Нет, со мной тоже не говорил, у нас был переводчик. Но я с очень многими бойцами так работал за все эти годы. Я уже 45 лет в этом деле. И таких бойцов было реально много, больше, чем ты думаешь. Я сначала не понимал, как так можно работать, когда нужен переводчик, и все время шутил: «Бокс имеет свой собственный универсальный язык, двигай своей сумасшедшей башкой, иначе получишь удар!». И это они все заучивали быстро!

- Это понятно для всех! Расскажите, как началось ваше сотрудничество с Александром. Кто на кого вышел, и когда это было?

- Я вообще никогда в жизни сам не напрашивался ни к одному боксеру. Никогда в жизни. Это не хорошо и не плохо, просто это я. И никогда не напрашивался ни на какую работу. После первых 7-8 лет работы моей репутации было достаточно. Вообще предлагать помощь можно, это не делает тебя меньше или хуже, но я так не делал. Хотя обычно, если ты юрист, то ты же не звонишь людям и не говоришь: эй, вам не нужен юрист? Они обычно как-то сами находят тебя.

- Или доктор сам позвонит: вы не простыли?

- Именно!

- Так кто из команды Поветкина на вас вышел?

- Парня звали Влад, его фамилия, кажется, Хрюнов. Они на меня вышли. Уже не помню, как именно вышли. Это было после боя Поветкина с Эдди Чемберсом (26 января 2008 года. - Прим. «СЭ»). Поветкин тогда шел без поражений, а у Чемберса был вообще рекорд 60-0 или что-то такое (на самом деле 30-0. - Прим. «СЭ»). Бой был в Германии. Тогда почти все бои Поветкин проводил в Германии, так как его промоутером был Зауэрланд. Бой показывали на HBO, насколько я помню. Поветкин выиграл единогласным решением судей, но некоторые говорили, что Чемберс тот бой выиграл. В любом случае бой был более близким, чем решение судей. В Америке люди просто хотели, чтобы этот молодой парень выиграл и прошел дальше, но он напропускал от правой руки Поветкина очень прилично. И через какое-то время после этого боя я начал работать с Александром. Хотя в Америке не могли понять, зачем я на это соглашаюсь.

«Как у нас говорят, там наступили рычащие 20-е. У них говорят - лихие 90-е»

- Были ли вы в России до того, как тренировать Поветкина?

- Нет, не был.

- И какие первые мысли у вас были, когда вы сошли с самолета?

- Хочу домой. Но когда я там побыл немного, все было хорошо, ко мне отнеслись прекрасно. Мы проехали из Москвы несколько часов в маленький городок под названием Чехов. Это было как в изоляции. Я видел бедность, я видел ее на дорогах, видел ее на лицах людей. Мне потребовалось совсем немного времени, чтобы понять, что я нахожусь в компании людей, у которых есть деньги и власть в провинции. Там были ребята, которые контролировали эти места, менеджер Поветкина был одним из таких ребят.

Не нужно обладать специальными знаниями, чтобы понять, что после развала СССР такие городки погрузились в хаос. На какое-то время там наступили, как у нас, говорят, «рычащие 20-е». У них это называется лихие 90-е. Там, как и в свое время в Штатах, были люди, которые контролировали конкретные участки. Там были богатые и бедные, не было золотой середины. Там были бедные люди, которые пытались что-то продать, овощи, воду, что угодно. Было очень холодно и довольно депрессивно. И были богатые участки, где жили те, кто управлял всеми процессами. У них все было хорошо, но только у них.

Но я же не гулять приехал, я приехал работать: отель - зал - отель. Никто по-английски особо не говорил, разве что Влад. Я выучил несколько блюд в меню и показывал на них. Объяснял Поветкину через переводчика, что он хорошо делает, а что не так хорошо, над чем надо работать, какой у меня план для него. Мне говорили, да это и так понятно было, что он - насквозь русский парень, влюбленный в родину. Таких и у нас в Америке есть сколько угодно, которые никуда из своей страны не хотят выезжать, предпочитают находиться только в своем родном городке, деревне. Вот Александр - такой человек. Он всем сказал, что он никогда в жизни не уедет тренироваться из России в США, ему плевать. Ко мне же он относился с уважением. И все-таки мы договорились, что часть лагерей он проведет в США. Мы будем чередовать: Россия, США.

- И как ему было в США? С кем он приехал, и что это было для человека, который никогда не был в США и приехал из такого места?

- С ним не было большой команды. Однажды он приехал с братом. Был еще переводчик, еще пара людей. Мы тренировались в зале в Нью-Джерси, возле полицейского участка, я работал над его техникой. Первое, на что я обратил внимание - он очень легко дает себя ударить правой рукой. Я говорил: нет нарушения правил в том, чтобы двигать головой! Мы шутили, что Саша чувствует себя обиженным, если по нему не попасть! И я решил, что ему нужно скинуть килограммов 8-9, чтобы быть лучше. Мы это сделали. Он вообще ко мне прислушивался, прогрессировал, он был голоден до нового, хотел учиться. Он же решил все-таки ехать в США, хотя изначально не хотел, я отдаю ему должное за это. Еще я учил его наносить умные удары, вовремя и точно, а не просто размахивать руками. Я пытался собрать все его навыки воедино, чтобы он стал бойцом, который может стать чемпионом мира.

«Я не мог вывести Поветкина на Кличко в 2009-м. Ни за что»

- Какой был ваш первый бой с ним? С Джейсоном Эстрадой в апреле 2009-го?

- Да, именно так. Бой прошел в Германии, там же, где дрались и братья Кличко. Они тоже вели свою карьеру в Германии, так как условия и фанатская база там у них была намного лучше, чем в бывшем СССР. Александр уже тогда был обязательным претендентом на пояс Владимира Кличко. Этот бой еще до меня должен был состояться, но Поветкин получил травму лодыжки. И затем разговоры об этом бое пошли заново.

У меня было твердое убеждение, что нам бой с Кличко не нужен, даже если мне хорошо заплатят. Я хотел Александра научить, сделать его лучше, в этом заключалась моя работа, делать его сильнее как боксера. Он меня для этого нанял. А у Зауэрланда были свои идеи, он - промоутер, он зарабатывает деньги, и он хотел боя Кличко - Поветкин. Его и Хрюнов хотел. А я не хотел. Я знал, что Поветкин еще не готов. У Кличко было 55 боев, у Саши - 17. Кличко - два метра ростом (198 сантиметров, - прим. «СЭ»), Поветкин - 188 см. Кличко весит 115 кг, Саша - 100-103. Там не было никаких шансов. Тогда он был не готов.

Но он - боец, причем русский боец. Надо ли это расшифровывать? Он не может просто взять и сказать: я не хочу такого боя. Но я хотел его защитить. И сказал всем: «Нет, боя не будет». Тем более они так распределяли гонорары странно: такой-то получил 25 процентов, такой-то 20, такой-то 15, я - 10, а Поветкин - и того меньше. Вообще какие-то копейки. Мне платили за бой больше, чем ему.

- О, Господи.

- Это жесть, да. Но это реальность. И еще: я не хотел вести его на убой уже в самом начале нашего пути. Я решил, что этого не будет. Да, я бы получил быстрые 200 тысяч долларов, но нет. Этот бой нам не нужен. И мы продолжили тренироваться. Потом ему поступил звонок, по-моему, от менеджера Николая, что бой с Кличко состоится, в пятницу будет пресс-конференция, ты должен быть. Садись в самолет и лети. Тедди, если не хочет, может не лететь.

- Да уж.

- И Александр сказал: я сделаю так, как Тедди мне скажет. И так я стал объектом ненависти в Чехове и частично в Германии. Шутка. На самом деле я не хотел решать ничего за Сашу, но я его тренер. И я не мог сказать его менеджерам, что он готов к бою, к которому он на самом деле не готов. Иногда тренер должен говорить честные и не самые приятные вещи. И я решил сам поговорить с его менеджерами. Мне важно было донести до них, что сейчас проводить бой не нужно, но и сказать Поветкину об этом надо было аккуратно. Не нанося удара по его самолюбию и гордости. Для бойца это важнейшая вещь. Они меня поняли. И я нашел вот такие слова для Саши: «Слушай, насчет боя с Кличко, как думаешь, лучше сделать его сейчас или еще немного к нему подготовимся?» Он ответил: «Еще немного потренируемся». Вот и все. Кличко нашел другого соперника. Менеджеры боялись, что другого шанса драться за титул не будет, но я их попросил за это не переживать. В боксе происходят интересные вещи, в том числе и чемпионами мира в тяжелом весе может быть кто-то, кроме братьев Кличко.

- Так. И что было дальше?

- А дальше WBA придумала такую штуку: сделать Влада Кличко суперчемпионом и учредить титул регулярного чемпиона. Вот на этот пояс мы и нацелились. Там нашим соперником должен был быть Руслан Чагаев, рост и вес как у Поветкина, только постарше. Отличный вариант. Бой за титул чемпиона мира в Германии с тем, кого у нас есть хороший шанс победить.

«Поветкин стал чемпионом мира, но после того лагеря я хотел домой как никогда»

- И дальше у вас начался разлад?

- Ситуация сложилась непростая. Мне не платили ту сумму, которую обещали. Не подписали документы, которые должны были подписать. Время шло, 10 недель до боя превратились в шесть недель. К бою можно подготовиться за восемь недель, за шесть - это уже будет очень посредственно, а все, что меньше шести недель - это уже ни о чем. И я твердо решил, что я не еду в Россию готовить Поветкина. Я сказал его менеджерам очень четко: я не еду. И моя семья мне говорила не ехать. Я твердо решил, что не еду.

И тут за месяц до боя, в мой день рождения мне звонит Александр. Хотя он и не говорит по-английски, но элементарные вещи он знает, он поздравил меня с днем рождения, и сказал, что, когда я приеду, мы можем поработать над тем-то и над тем-то. То есть он даже не знал, что я уже решил не ехать. Менеджеры не поставили его в известность. Это было очень неприятно. Это меня просто добило. Я не мог его кинуть. Если бы я не приехал, он бы решил, что это я его кинул, я бы не смог спрятаться за кем-то еще. Я посовещался с людьми, которым доверяю, и все мне говорили, что я не могу ехать. Но я решил все-таки поехать. За три с половиной недели до боя я поехал в Россию. Было страшно, потому что я знал, что времени на подготовку нет, а Саша не в форме, с лишним весом. Но еще более страшно мне было его предавать. Я все-таки должен был быть там. Пусть меня и отговаривали, но мне потом пришлось бы жить с мыслью, что я его предал. Не им, а мне. Но когда я приехал в Россию, все оказалось еще хуже.

- Да куда уж хуже-то?!

- Там не было нормальных спарринг-партнеров, был один парень 210 сантиметров ростом, но как он нам поможет, если Чагаев - 180 см? Еще один парень был 170 см, еще один парень был - бегунок, с оборонительным боксом. И я такой: е-мае, да что ж такое? Мне бы по-хорошему улететь обратно, но я не хотел такой развязки. Мы решили работать. И я не хотел проигрывать титульный бой, хотя и шансов на победу почти не было. В конце концов, это не вина Поветкина, что у него такой менеджмент, что они мне не заплатили обещанную сумму, он ничего этого даже не знает. Я - его тренер, а он - мой ученик. И я стал возвращать его в форму настолько быстро, насколько было возможно.

Я говорил ему, что Чагаев бьет апперкоты словно кушает узбекский плов, постоянно и хорошо. Саша со мной не согласился, сказал, что он не бьет нормально апперкоты. Это был первый раз, когда он со мной не согласился. И тогда я ему показал видео из боев Чагаева: смотри, три апперкота в первом раунде, еще несколько во втором, несколько в третьем, каждый раз голова соперника отлетает. Видишь? И тогда Саша согласился: да, хороший апперкот, вы правы. Там еще его менеджеры пытались мне указывать, как именно его тренировать. Я один раз просто сказал: «Окей, тренируйте его вы». И вышел из комнаты. После этого стало получше. Но я все еще не понимал, как я подготовлю его к 12-раундовому бою за три недели, если это занимает восемь? Как? Думал днями и ночами.

- Придумали?

- Решил, что подготовлю его к 8-раундовому бою. То есть будем работать с меньшей интенсивностью, чтобы 12 казались как восемь. Тогда у нас есть шанс. Он будет готов к восьми раундам с максимальной интенсивностью и еще к четырем с малой. Или к 12 раундам с не самой высокой интенсивностью. Вообще о том лагере можно отдельную книгу написать. Он спарринговал по 12 раундов, хотя раньше я никогда его не заставлял так делать. Я там, правда, хитрил и укорачивал некоторые раунды, о чем он даже не знал, такая вот магия. Он думал, что он готов ко всем 12 раундам. Я не хотел его убить, начинали мы с 5-6 раундов, дальше 8, 10, 12. Мы сделали базу.

Я так вымотался, так морально устал, что хотел домой страшно. Когда я должен был улетать, в Нью-Йорке был ураган. Мне сказали, что туда лететь нельзя, предложили подождать еще один день. Я такой: «Нет! Я хочу хоть куда-нибудь в Штаты, не хочу ждать». И улетел в Чикаго. Но главное - мы выиграли мировой титул. Мы очень тщательно изучили Чагаева, смотрели видео с ним и думали, из чего можно получить преимущество. У него медленные ноги. Прекрасно! Используем это. Сами не торопимся, периодически взрываемся, потом делаем паузу, убиваем время, забираем раунды. Ловим его на встречных, он медленный, его атаки видно заранее. Уходим от его левой, всегда следим за его левой - это его сильнейшая сторона. Ловим его на апперкотах, он этого не будет ожидать, он думает, что он сам - король апперкотов. Этот удар может выигрывать для нас раунды. Надо получить преимущество в первой половине, потому что потом мы будем просто доводить бой до конца, выходить из дела с тем, что есть. Но нам нужно хорошее преимущество на старте, мы должны были получить 6:0 или 7:0. И у нас это получилось, мне кажется, 5:0 у нас было. 7:0 не получилось, но 5:0 мы сделали. Мы над этим планом работали день за днем, в такие короткие сроки. Я никогда не был в такой ситуации.

«Менеджеры Поветкина кинули меня»

- Как случилось ваше расставание с Поветкиным?

- Мы провели еще один бой - с Седриком Босвеллом (3 декабря 2011 года. - Прим. «СЭ»), выиграли и должны были готовиться к Марко Хуку (поединок состоялся 25 февраля 2012 года. - Прим. «СЭ»). Это была очередь Поветкина лететь ко мне в США. Мы договорились, что он позвонит после новогодних праздников и прилетит числа 3-4 января. Но он так и не позвонил. Уже потом, спустя какое-то время, его менеджеры сказали, что у него проблемы с визой. Интересно: три года не было проблем, а тут появились. Ребята, я не вчера родился, вы могли бы придумать что-то более правдоподобное. Потом мне Влад Хрюнов признался, что дело было не в визе. Просто они стали чемпионами мира и решили, что могут диктовать мне условия. Что я должен был ехать в Россию, а не они в Америку. Но это нарушение правил, по которым мы жили два года. Я отказался с ними сотрудничать. Больше они не звонили. Но мне передавали, что Александр всегда отзывался обо мне только хорошо.

- В итоге он все-таки подрался с Кличко.

- Да, и знаете, сколько он заработал? Шесть миллионов. Вместо двух, которые мог бы получить тогда. Да, он проиграл бой с тремя нокдаунами, но он прошел всю дистанцию и потом получил отличное продолжение карьеры. А тогда бы он проиграл нокаутом за несколько раундов, и на этом его карьера была бы окончена. Во всяком случае, вернуться ему было бы намного тяжелее. А так ему уже 40, но он продолжает проводить значимые бои, оставаться в элите и зарабатывать хорошие деньги. Вообще он хороший парень сам по себе. Но не всем боксерам везет с менеджерами.

Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях FacebookВконтактеYoutubeЯндекс ДзенInstagram
Добавил Boxing 24.05.2020 в 10:47

Похожие темы

Самое читаемое

Самое обсуждаемое