Фрейзер и Дэниелс в ходе поединка за титул чемпиона мира в тяжёлом весе в Новом Орлеане 15 января 1972 года.
Getty Images/Popperfoto

В 1972 году Терри Дэниелс получил шанс сразиться с Джо Фрейзером за титул чемпиона мира в тяжелом весе. После этого для него уже ничего не оставалось по прежнему

Терри Дэниелс приветствовал меня в своем доме крепким рукопожатием, поразительно напоминающим о том, что однажды, давным-давно, его удар правой был страшной силой. В то же время его голос, слаб, его тело дрожит, как у пожилого мужчины, а его коротко остриженные волосы белоснежны.

Брат Дэниелса Джефф, который привёл меня в эту квартиру с одной спальней расположенную в центральной части их города Уиллоуби, штат Огайо, предупредил, что память Терри не всегда работает должным образом. Но когда Терри спрашивают о тех событиях, которые касаются его поединка с Джо Фрейзером за титул чемпиона мира в тяжелом весе, в январе 1972 года, его память сразу же включается и работает должным образом.

«Промоутер позвонил мне и сказал: «Терри, ты сидишь?», - рассказывает он и его темные глаза сияют. «Ну, ты будешь драться с Джо Фрейзером».
«Ты имеешь в виду выставочный бой? Я в игре! Это здорово!», - отвечал Терри. Тогда ему было 25 лет, он переехал в Техас из Огайо, и ему оставалось не так уж долго до окончания университета.
«Нет, ты будешь сражаться за титул», - ответил ему промоутер.
«Ты что, шутишь?», - спросил Терри. «Я даже не вхожу в первую десятку!»
«Входишь. Прямо сейчас ты номер девять».
«И тут я сел», - вспоминает Терри.
«Ты должно быть находился на седьмом небе от счастья», - говорит Джефф, полуотставной инвестиционный брокер.
«Да, я был именно там», - быстро отвечает Терри.

Ничто в обстановке этой квартиры не свидетельствует о том, что ее обитатель короткое время находился в центре американского спорта 47 лет назад. Нет рекламных плакатов и фото в рамках. На стенах гостиной лишь три памятных сувенира - мемориальная таблица, подтверждающая включение Терри в спортивный зал славы Южной высшей школы, вторая мемориальная доска - награда за участие в турнире по боксу в январе 1973 года, а также его университетский диплом от 22 декабря 1972 года.

Дэниелс сегодня весит лишь чуть больше, чем его боевой вес в 190 фунтов, но многое другое изменилось. В начале девяностых годов у него была диагностирована форма болезни Паркинсона, которая, вероятно, усугубилась в результате бесчисленных ударов по голове. Десять лет спустя доктор сказал, что ему осталось жить всего несколько лет. Он пережил этот диагноз, но состояние серьёзно ухудшилось. В 2004 году Джефф перевёз Терри из Техаса в родной штат Огайо. Два года назад Терри поселился в деревне Брекенридж, которая находится по соседству с Саут-Хай, где полвека назад он был звездой с тремя видами спорта.

Во время нашего визита Джефф часто помогает своему брату ходить, мягко кладя руку ему на руку. Терри говорит, что он ходит, когда один в квартире.

«Я спотыкаюсь от одного стула к другому», - говорит он с неловкой улыбкой.

Это стало долгим падением с облаков до первого этажа в Брекенридж Виллидж. И ночь несколько десятилетий назад, когда Дэниелс встретился в ринге с чемпионом мира в тяжелом весе в Новом Орлеане, тесно связана с его нынешним состоянием. До той ночи Дэниелс являлся талантливым молодым боксером, который на время приостановил обучение в университете, но вряд ли являлся лучшим контендером из существовавших. Предсказуемый путь для кого-то его образования и бэкграунда состоял бы в том, чтобы драться ещё не более нескольких лет, а затем начать обычную карьеру. Но величайшая ночь в жизни Терри Дэниелса подтолкнула его в другом направлении - еще шесть лет бокса на полный рабочий день, немного побед, но множество болезненных ударов в голове.

В молодости Дэниелс не являлся явным кандидатом на жизнь в ринге. Пятерых детей его отца, из которых Терри являлся старшим, друзья часто спрашивали, имеют ли они какое-либо отношение к зелёным грузовикам Дэниэлс-Топлив, разъезжавшим по городу. Они имели: семья владела несколькими местными предприятиями, которые были основаны их дедом и Терри вполне мог занять руководящую должность в одном из них. Но он всегда стремился отправиться в самостоятельное плавание. Его решение учиться в колледже, более чем в тысяче миль от дома стало лишь первым из его небольших восстаний.

Когда Дэниелс первокурсником попробовал себя в футбольной команде университета осенью 1964 года, он обострил серьёзную травму колена, которую получил занимаясь спортом в средней школе. Выяснилось, что возвращение на футбольное поле просто невозможно - травма не была достаточно серьёзной, что позволило ему выступать за бейсбольную команду Mustangs и заняться боксом, чтобы оставаться в форме. В конце концов эти занятия Дэниелса в спортзале Даллас Пайк Парк стали регулярными и он принял участие в городском турнире «Золотые перчатки». Его отец не был рад этому.

«Я не посылал тебя туда за этим», - так Джефф вспоминает реакцию Билла Дэниелса.

Но любительский успех Терри (за четыре года - три городских чемпионата и один титул чемпиона штата в тяжелом весе) побудил его стать профессионалом в 1969 году и отложить получение степени по политологии.

Боевая карьера Дэниелса начиналась под руководством тренера Ронни Райта и менеджера Дуга Лорда - менеджера по страхованию из Далласа, в чью конюшню боксеров входил чемпион мира в полусреднем весе Кертис Кокс. Собрав рекорд 23 победы, 1 поражение и 1 ничья против скромной оппозиции в течение первых двух профессиональных лет, Дэниелс проявил себя неплохим панчером, который, к тому же умел держать удар. Когда он перешел к более сложным противникам, побеждать становилось все труднее, хотя это не всегда его обескураживало. Он проиграл единогласным решением Тони Дойлу в рейтинговом бою в феврале 1971 года, но был рад пройти все десять раундов поединка. Еще одно поражение три месяца спустя решением в десяти раундах бывшему чемпиону мира Флойду Паттерсону перед шумной толпой в Кливленде укрепило его репутацию.

Затем был ошеломляющий апсет, когда Дэниелс встретился с Тедом Гулликом, который вышел на ринг с четырнадцатью нокаутами в восемнадцати матчах. Гуллик покинул ринг в начале третьего раунда, сражённый ударом правой Дэниелса. Неутомимый промоутер Дон Эльбаум, который когда-то привел Дона Кинга в спорт - начал работать над возможностью организовать столкновение Дэниелса с Фрейзером в Новом Орлеане в ночь перед Суперкубком VI, который должен был пройти в городе Полумесяца.. Менеджер Дэниелса, Лорд, увидел в этом возможную маркетинговую синергию. Ранее в том же году Далласские Ковбои проиграли свою первую игру в Суперкубке с полевым голом в последнюю секунду. К концу ноября они снова стали лидерами NFC East. Если Ковбои снова добрались бы до Супер Воскресенья, Дэниелс мог бы участвовать в шумихе, посвященной команде из приютившего его города.

Эксперты оценивали Дэниелса как крупнейшего андердога в тяжёлом весе с середины пятидесятых. Не то чтобы серьезный претендент был действительно желанным. Первое появление Фрейзера в ринге после «Битвы столетия» против Мухаммеда Али десятью месяцами ранее было направлено на то, чтобы разжечь аппетит публики на еще один матч в будущем, возможно, с золотым призером Олимпийских игр 1968 года из Хьюстона Джорджем Форманом. Дэниелс понимал свою роль.

«Они хотели простого теста», - сказал он в интервью «Dallas Times Herald».

Что касается жертвенных ягнят, Дэниелс отлично подходил к этому образу, особенно тем фактом, что он был полярной противоположностью Фрейзера. Фрейзер происходил из семьи селян Южной Каролины, в то время как спортивный обозреватель газеты New Orleans Times назвал Дэниелса «сыном миллионера». Это, вероятно, не было точным, но Лорд здесь не препятствовал никаким преувеличениям, которые шли на пользу делу. Дэниелса постепенно стали воспринимать как очередную из большой группы «великих белых надежд», существовавших с тех пор, как чернокожие бойцы начали доминировать в элитном дивизионе бокса в середине двадцатого века. Он пел в хоре в средней школе и начал обучение в Университете, изучая машиностроение. Он порадовал национальную прессу своим выбором любимой книги (книга по психокибернетике) и хобби (вязание крючком, чтобы держать руки занятыми). В Sports Illustrated отмечалось, что Дэниелс «может являться самым красноречивым боксером со времен Джина Танни».

Али говорил о Дэниелсе: «Не считая меня он самый красивый боксер в мире».

И вот в субботу вечером, 15 января 1972 года, Дэниелс вышел на ринг в Аудитории Ривергейт, одетый в розовые шорты с надписью «Терри», нашитой с правой стороны, отправляя воздушные поцелуи толпе. Фрейзер, на три года старше и почти на 24 фунта тяжелее, носил шорты и пурпурную мантию и ещё до гонга прыгал, как будто уже сталкиваясь с невидимым противником. Оба бойца были около шести футов ростом, что работало в пользу Дэниелса - чемпиону было удобнее сражаться с более высокими противниками.

«Я не был напуган», - вспоминает Терри. «Я был готов к работе. Я понимал и ждал, что он будет преследовать меня и изобьет до полусмерти, если сможет».

Черно-белые кадры боя, доступные через YouTube, подтверждают, что Фрейзер хотел сделать именно это. После первого же звонка он бросился из своего угла и работал активнее, чем обычно. В первый раз Дэниелс был сбит левым хуком Фрейзера в последние секунды первого раунда, упав вперед на канвас и поднявшись как раз вовремя, чтобы избежать окончания отсчета. Во втором раунде Дэниелс предпринимал редкие попытки атаковать, которые, впрочем, не произвели впечатления на Фрейзера. Претендент суетился, падал, танцевал, нырял и даже потерял капу.

«Я уверен, что Терри смутил или вывел из себя Фрейзера, - говорит Джефф, - потому что в третьем раунде он пошел вслед за Терри, как грузовой поезд».

В третьем раунде Дэниелс был дважды сбит левыми крюками, что заставило некоторых фанатов кричать ему, чтобы он оставался внизу. В четвёртом, Фрейзер наполовину выбил Дэниелса за канаты, прежде чем тот опустился на одно колено на канвас, и рефери остановил бой.

Frazier_vs._Daniels_

В своем углу изнурённый Дэниелс опирался на верхний канат, его голова покоилась на сложенных руках, он был удручён тем, что его возможность пришла и ушла так быстро.

Однако уже во время интервью после боя он безудержно шутил о том, как часто его отправляли на канвас: «Судьи, должны быть, не худшими математиками, чтобы сосчитать всё это».

На следующий день Дэниелс сидел на 50-ярдовой линии на стадионе Тулейн и смотрел, как его любимые Ковбои побеждают команду из Майами, чтобы выиграть свой первый Суперкубок. «Чемпионы следующего года» становились «сборной Америки». Это были хорошие выходные.

После решительного поражения Дэниелса Фрейзеру Лорд призывал его бросить бокс. Он считал, что карьера Терри достигла своего пика, и в отличие от многих боксеров, у Дэниелса были варианты за пределами ринга. Но Терри не был готов сдаться. Гонорар в $ 35 000 за бой с Фрейзером (чемпиону гарантировали $ 250 000) был больше, чем средний заработок для профессионального футболиста, за год. Он познал свет прожекторов, и ему понравилось.

«Терри сказал мне: «Нет, я хочу снова драться», - вспоминает Лорд.

Лорд, как оказалось, был прав. До боя с Фрейзером Дэниелс имел рекорд 28-4-1. Следующие несколько лет он закончил с записью 7-25, что началось с 5 последовательных поражений, и окончилось полным отсутствием любого шанса вновь попасть на высокие позиции рейтингов. Его единственное возвращение из безвестности произошло в октябре 1972 года, когда он стал одним из множества боксеров, которые встретились с Али на выставке в Сан-Антонио. В том же году он вновь поступил в Университет, изучая политическую мысль двадцатого века, историю христианства и социологию права. Он ушел из бокса в 1978 году после тяжелого поражения в Чикаго, вернулся из отставки в 1981 году для боя, который проиграл во втором раунде нокаутом, а затем навсегда повесил перчатки.

Несколько месяцев спустя он переехал из Далласа в Хьюстон, где стал работать на своего бывшего тренера Ронни Райта. Первые признаки того, что что-то не так, появились вскоре после того, как он начал замечать тряску в левой руке. Потом всё стало хуже. Райт вспоминает, что однажды в международном аэропорту Даллас-Форт-Уэрт в конце восьмидесятых лётный агент ошибочно принял попытки Дэниелса удержать равновесие за состояние опьяненич и не хотел позволять ему сесть на самолет.

Когда ему наконец поставили диагноз, это не стало большой неожиданностью - к тому времени у Али тоже была констатирована болезнь Паркинсона, что стало еще одной связью между двумя «самыми красивыми боксерами».

Сидя в своей квартире, Дэниелс, похоже, не интересуется жалость к самому себе.

«Я принял это», - говорит он о своем состоянии.
«Он просто проигнорировал это», - вторит брату Джефф. «Он игнорирует боль».

Джефф, который сам был бойцом-любителем, объясняет нежелание своего брата покинуть спорт, отсылками к примерам других бойцов.

«Даже Фрейзер оставался дольше, чем следовало», - говорит он. «Они все делали так. Али. И, если честно, вред, причиненный таким количеством ударов по голове, не мог быть распознан десятилетия назад».

Одна из причин, по которой Джефф так много думает об этом, заключается в том, что он пишет книгу о Терри. «Мой Брат Боксер», у которой пока нет издателя, завершается титульным боем, хотя в эпилоге будет отмечена текущая инвалидность Терри. Фото на обложке по предложению Джеффа - это рекламная поза из боя против Фрейзера, где Терри улыбается камере, склоняясь над канатами.

«Я хотел, чтобы люди запомнили его именно таким образом, на пике», - говорит он.

Но разговаривая с Терри сегодня, когда он спокойно следит за ходом разговора и вмешивается лишь изредка, невозможно забыть, что он решил не допустить, чтобы этот пик был его единственным наследием. Последовавший за этим профессиональный упадок, а также физический и умственный упадок сделали его историю предостерегающей.

Я спрашиваю, серьезно ли он думал о том, чтобы бросить бокс после титульного боя.

«Да», - говорит он. «Но не слишком серьезно».

Стоило ли сражаться с Фрейзером?

«Стоило ли это? Да. Конечно», - говорит он. «Это принесло мне немного больше денег. Я жил как рок-звезда около шести месяцев».

Подписывайтесь на наши страницы в социальных сетях Facebook Вконтакте Youtube Яндекс Дзен Instagram
Добавил SD 04.02.2019 в 17:01

Похожие темы

Самое читаемое

Самое обсуждаемое